Ландшафт оборонных технологий Прибалтики

Совместно с Dealroom мы составили карту прибалтийской оборонной экосистемы — 200 компаний из Эстонии, Латвии и Литвы. Это не список производителей оружия. Это картина всей экосистемы: фирмы, производящие военную технику, стартапы двойного назначения, чьи технологии также укрепляют оборону, операторы инфраструктуры, от которых зависят все остальные, поставщики для государственных и пограничных служб, а также ассоциации и представители экосистемы, которые всё это объединяют.

В этой статье рассматривается текущее состояние ландшафта, почему регион заслуживает вашего внимания прямо сейчас, и в чем сильные стороны каждой страны — включая то, что ожидает нас в ближайшие несколько лет. Всё представленное здесь основано на общедоступной информации. Мы старались ничего не преувеличивать. Сцена оборонных технологий Прибалтики молода. Но направление трудно не заметить.

Почему Прибалтика и почему сейчас

Распространенная история о Прибалтике — это история страха. Мы не думаем, что это правильная история, и цифры на самом деле показывают другое. Цифры показывают убежденность: три правительства берут на себя долгосрочные, структурные обязательства в области обороны, и в результате инвестиционная среда стала необычайно предсказуемой.

Начнем с расходов. Все три прибалтийские страны обязались выделить около 5% ВВП на оборонные бюджеты к 2026 году — значительно опережая остальной альянс. Эстония обязалась выделять примерно 5,4% ВВП ежегодно на оборону с 2026 по 2029 год. Литва уже тратит около 5,4% своего ВВП, что почти в три раза больше уровня 2019 года, а Латвия немного отстает — около 4,9%. Для контекста, насколько это опережение: на саммите НАТО в Гааге в июне 2025 года союзники приняли новый инвестиционный план, обязуясь выделить 5% ВВП к 2035 году. Прибалтика стремится достичь этого почти на десятилетие раньше.

Для всех, кто строит или инвестирует в этот сектор, это важно по одной простой причине: это делает спрос предсказуемым. Оборонный бюджет, зафиксированный на уровне 5% ВВП на многолетний период, — это та степень предсказуемости, которую большинство рынков предложить не могут. Сам общеальянсный целевой показатель теперь формально разделен: 3,5% на основные оборонные нужды и 1,5% на безопасность и устойчивость — структура, которая явно поощряет работу в области двойного назначения, инфраструктуры и инноваций, на которой специализируется этот регион.

Деньги все чаще подкрепляются общими европейскими механизмами. В мае 2025 года ЕС принял инструмент SAFE, предоставляющий до 150 миллиардов евро в виде кредитов для помощи государствам-членам в масштабировании оборонных инвестиций посредством совместных закупок. Это первый столп более широкого плана — ReArm Europe / Readiness 2030, направленный на привлечение более 800 миллиардов евро. Когда Комиссия объявила предварительные распределения в сентябре 2025 года, 19 государств-членов уже выразили заинтересованность, запрашивая поддержку, превышающую доступный бюджет. Растет и долгосрочный пайплайн: Европейский оборонный фонд, инструмент ЕС для НИОКР в области обороны стоимостью почти 7,3 миллиарда евро на 2021-2027 годы, получил дополнительное финансирование в размере 1,5 миллиарда евро в середине срока действия бюджета, и Комиссия предложила 131 миллиард евро на оборону и космос в следующем семилетнем бюджете ЕС — примерно в пять раз больше текущих уровней. Прифронтовые государства, граничащие с Россией, прямо входят в число предполагаемых бенефициаров.

Есть и второе преимущество, которое легко упустить из виду: скорость обратной связи. Поскольку это небольшие, тесно связанные страны с активными оборонными ведомствами, расстояние между стартапом и реальным конечным пользователем невелико. Эстонский ускоритель НАТО DIANA описывает это напрямую — все находятся на расстоянии одного звонка, и компании могут найти венчурных инвесторов и конечных пользователей из оборонного сектора на одном мероприятии. Для компании двойного назначения это структурное преимущество: вы можете тестировать, получать обратную связь и итерировать в соответствии с реальными операционными требованиями, не пересекая океан.

И все это привязано к НАТО и ЕС. Балтийский регион — это не изолированная граница; это территория союзников с углубляющимся присутствием союзников. Германия, например, развернула свою 45-ю танковую бригаду в Литве — около 4800 военнослужащих, полностью готовых к 2027 году, это первое постоянное размещение иностранных войск со времен Второй мировой войны. Такого рода обязательства — это, в самом практическом смысле, инфраструктура: именно это делает долгосрочные инвестиции в регион надежными, а не рискованными.

Соедините эти четыре вещи — предсказуемый спрос, европейское софинансирование, быструю обратную связь и привязку к НАТО/ЕС — и вы получите реальную обоснованность выбора Прибалтики. Не регион, реагирующий на угрозу, а регион, который сделал безопасность долгосрочным, хорошо финансируемым национальным приоритетом и создал среду, в которой оборонные технологии и технологии двойного назначения могут быть проверены перед выходом на международный уровень.

Как мы построили карту

Многие карты «оборонного сектора» учитывают только компании, производящие оружие. Это упускает из виду большую часть того, что на самом деле делает оборонную экосистему жизнеспособной. Современная оборона опирается на программное обеспечение, датчики, связь, энергию, логистику и институты, которые финансируют и сертифицируют все это. Поэтому мы использовали более широкую рамку.

Следующие классификации и все подсчеты компаний взяты из нашего набора данных по ландшафту.

Мы разделили все 200 компаний на пять категорий:

• Военный / Оборонные силы — компании, основной бизнес которых — продажа вооруженным силам: оружие и боеприпасы, дроны и системы противодействия дронам, бронетехника, военная робототехника, экипировка солдата и фирмы, обслуживающие это оборудование. Если армия — основной покупатель, компания относится сюда.
• Коммерческие с оборонным применением — обычные коммерческие предприятия, обслуживающие в основном гражданских или промышленных клиентов, но чьи продукты также полезны для обороны. Дроны двойного назначения, лазеры и оптика, субподрядчики по металлообработке и электронике, IT- и программные компании. Оборона — лишь одна часть бизнеса, а не весь бизнес.
• Драйверы экосистемы — вовсе не продуктовые компании. Отраслевые ассоциации и кластеры, государственные фонды, акселераторы и инкубаторы, университеты и исследовательские институты, испытательные и сертификационные центры. Они финансируют, обучают, связывают и сертифицируют других.
• Государственные, пограничные и охранные службы (поставщики) — компании, продающие в основном негосударственным силовым структурам: пограничной и береговой охране, полиции, таможне, спецслужбам и национальным кибер-агентствам.
• Критическая инфраструктура — организации, реально управляющие основными системами страны: электросетями и газопроводами, телекоммуникациями, железными дорогами, вещанием. Это операторы, а не продавцы им.

Цель широкой рамки — честность. Реальная экосистема нуждается во всех пяти уровнях — включая субподрядчиков и драйверов, которые редко попадают в заголовки. Картирование только производителей оружия дало бы вам только «лучшие моменты», а не карту.

Что показывают данные

Все в этом разделе взято из нашего набора данных по ландшафту из 200 компаний.

Первое, что бросается в глаза, — это то, что это действительно трехстрановая экосистема, а не один центр с двумя сателлитами. По стране происхождения: Эстония лидирует с 83 компаниями, Литва имеет 55, а Латвия — 47. Остальные 15 — это компании с иностранной штаб-квартирой, имеющие присутствие в регионе — об этом подробнее позже.

Разбивка по категориям показывает, насколько широка база:

Поражает баланс между двумя первыми категориями: 81 компания продает продукцию в основном оборонным силам, а еще 77 — это компании двойного назначения, т.е. гражданские предприятия, чьи технологии также используются в обороне. Этот почти равный баланс — сигнал, на котором стоит остановиться, потому что он меняет характер этого рынка. Компании двойного назначения дают экосистеме два двигателя: коммерческая выручка поддерживает их между циклами закупок, а оборонный спрос ускоряет развитие их технологий. Для инвесторов это означает, что венчурные результаты зависят не только от государственных контрактов; для вооруженных сил это означает гораздо более широкую базу поставщиков, чем в традиционной оборонной промышленности. Так что это не чистый оружейный кластер и не чистое двойное назначение. Это и то, и другое одновременно.

Под обеими группами находится слой из 13 драйверов экосистемы — фондов, кластеров, акселераторов, университетов и исследовательских институтов. Это примерно по одному такому институту на каждые пятнадцать компаний на карте, и это во многом объясняет, почему циклы обратной связи, упомянутые ранее, так коротки.

Экосистема также в подавляющем большинстве местного происхождения. Из 200 компаний 185 родом из трех прибалтийских государств — свидетельство органической глубины, а не рынка, поддерживаемого приезжими гигантами. 15 иностранных участников — значительное меньшинство, а не основа.

Не менее показательно то, что эти компании не остаются внутри своих границ. По нашим данным, насчитывающим операционное присутствие компаний, 97 компаний представлены в Эстонии, 68 — в Литве и 59 — в Латвии, причем ряд фирм активен во всех трех государствах. На практике это означает, что компания может рассматривать Прибалтику как единый, более тесно связанный рынок, а не три отдельные небольшие.

Заглянув глубже, мы видим, что профили трех стран различаются, что поучительно. Карта Эстонии склоняется к коммерческому сектору: 37 из 83 компаний — около 45% — являются предприятиями двойного назначения, и здесь находится почти половина драйверов экосистемы региона (6 из 13), что соответствует ее ДНК стартап-экономики. Латвия имеет другую направленность: чуть менее половины из 47 компаний продают продукцию в основном оборонным силам, и здесь находится большинство операторов критической инфраструктуры на карте (6 из 13) — смешанный профиль с большим уклоном в оборону и устойчивость. Литва находится между ними, сочетая 22 прямых поставщиков оборонной продукции с промышленной базой двойного назначения из 21 компании, построенной вокруг ее цепочки поставок фотоники и точного машиностроения. Другими словами, три рынка — это не уменьшенные копии друг друга — они представляют собой разные слои одного стека, что именно и делает регион единой платформой.

Рост, стоящий за этими цифрами, также не случаен — каждая страна создала для него собственный механизм, и европейские деньги все чаще проходят через эти механизмы. Министерство обороны Литвы удвоило свою программу развития оборонных технологий до 5 миллионов евро, используя ее частично для софинансирования проектов Европейского оборонного фонда — одна из причин, по которой лазерная фирма Altechna Sensing теперь входит в проект ЕОФ по разработке лазерного оружия класса 100 кВт. Латвийская Origin Robotics получила 4,5 миллиона евро из того же фонда на технологии наведения для беспилотников, а ее перехватчик BLAZE теперь среди систем, которые Латвия закупает на деньги нового инструмента ЕС SAFE — чистый пример того, как европейские механизмы помогают местной компании перейти от НИОКР к готовому продукту. Эстония, со своей стороны, сочетает европейские программы с собственным государственным капиталом, как показано в следующем разделе. Разные подходы — софинансирование, флагманские проекты, государственные фонды — но тот же эффект: инструменты ЕС здесь не абстракции. Это то, как компании на этой карте реально масштабируются.

Примечание о финансировании и оценке

Несколько слов о том, что мы можем и чего не можем сказать о деньгах. Комплексные данные о финансировании и оценке отсутствуют для большинства из этих 200 компаний — многие из них являются частными, на ранней стадии развития или никогда не привлекали внешнего капитала — поэтому мы не будем приводить единую общую цифру размера отрасли. Эта цифра была бы догадкой, выданной за факт. Что мы можем сделать, так это указать на общедоступные цифры для компаний, достаточно крупных, чтобы их иметь, что дает честное представление о потолке, которого уже достигает эта экосистема.

Выделяется эстонская Skeleton Technologies, производитель систем хранения энергии и суперконденсаторов, которая привлекла около 392 миллионов евро на сегодняшний день и планирует листинг в США в 2027 году — одна из наиболее финансируемых компаний в области глубоких технологий в Европе. Вторая точка отсчета — Helsing, оборонная компания на базе ИИ, имеющая немецкую штаб-квартиру, но управляющая эстонским филиалом и входящая в нашу карту как иностранный участник: она привлекла около 1,37 миллиарда евро и была оценена в 12 миллиардов евро в середине 2025 года.

И происходят выходы: в 2023 году эстонская Milrem Robotics была приобретена эмиратской EDGE Group, что было описано как крупнейшая иностранная инвестиция в оборонный сектор Эстонии. Это отдельные случаи, а не медиана — но они показывают, что компании из этого региона могут достичь европейского и мирового масштаба.

Латвия предлагает свой пример масштаба в более широкой технологической базе: производитель сетевого оборудования MikroTik сообщил об обороте около 327 миллионов евро в 2024 году, что делает его одной из крупнейших технологических компаний страны, в то время как SAF Tehnika котируется на Nasdaq Riga с 2004 года. Большинство из этих компаний являются предприятиями двойного назначения, а не чисто оборонными проектами, что именно и важно: коммерческая база, на которую опирается оборонная экосистема, уже существенна.

В чем сильна каждая страна

Ни одно прибалтийское государство не пытается делать все, и это сила. Каждое имеет свою особую специализацию, и вместе они дополняют друг друга — оптика, программное обеспечение и связь образуют единую региональную цепочку создания стоимости, а не три конкурирующие. Примеры компаний ниже взяты из нашей карты; рыночные данные и последние новости связаны с общедоступными источниками.

Литва — электроника и фотоника

Уникальное торговое предложение: Литва не просто хороша в лазерах — она является настоящим мировым лидером. Сектор фотоники страны рос примерно на 16% в год за последнее десятилетие, что примерно в десять раз больше, чем в среднем по Европе, а одна литовская фирма, Light Conversion, контролирует около 80% мирового рынка настраиваемых фемтосекундных лазеров. Литовские лазерные системы используются в 95 из 100 ведущих университетов мира. Для страны с населением менее трех миллионов человек это исключительная основа для развития оборонного потенциала.

Текущие сильные стороны (из нашей карты): около дюжины литовских компаний и учреждений работают в области оптики, лазеров и фотоники — среди них Eksma Optics, Altechna, Optoman, Optogama и Femtika в области компонентов и лазерных систем, Brolis Defence в оборонном сегменте, а также исследовательский институт FTMC и Литовская ассоциация лазерных технологий, обеспечивающие научную базу и кластер. Прецизионная оптика и оптоэлектронные сборки — это именно те строительные блоки двойного назначения, которые важны для датчиков, наведения и безопасной связи.

Что дальше: стоит следить за двумя тенденциями. Во-первых, сама лазерная промышленность ожидает роста примерно в десять раз к 2030 году, при этом оборонная и космическая отрасли названы ее наиболее надежными рынками роста. Во-вторых, Литва сейчас находится в центре крупнейших промышленных инвестиций в регионе — Rheinmetall в ноябре 2025 года приступила к строительству завода по производству артиллерийских снарядов калибра 155 мм, крупнейшей оборонной инвестиции в истории страны, совместное предприятие с государственной энергетической группой EPSO-G стоимостью до 300 миллионов евро, за которым немедленно последовал меморандум о взаимопонимании для создания Центра компетенций по производству порохов. В области глубоких технологий, вильнюсский стартап в области космической связи Astrolight привлек 2,8 миллиона евро в 2025 году и провел испытания неуязвимых лазерных каналов связи от корабля к кораблю с ВМС Литвы — при этом около 30% литовских космических проектов получают финансирование ЕС, что почти вдвое превышает средний показатель по ЕС.

Эстония — пионер цифровой обороны

Уникальное торговое предложение: Эстония превратила ранний тревожный сигнал в мировую нишу. После кибератак 2007 года она стала местом расположения Кооперативного центра кибер обороны НАТО (CCDCOE) в Таллинне, который теперь проводит Locked Shields — крупнейшие в мире учения по кибербезопасности в реальном времени, с участием около 4000 экспертов из 41 страны. Ни одно другое прибалтийское государство не имеет такой институциональной гравитации в одном домене. И в мае 2024 года НАТО выбрало Таллинн для Европейского регионального центра DIANA — что делает Эстонию инновационным перекрестком всего региона.

Текущие сильные стороны (из нашей карты): Профиль Эстонии — цифровой в первую очередь: высокая концентрация программного обеспечения, кибербезопасности, автономных систем, робототехники, а также космических и энергетических глубоких технологий. Среди компаний — Nortal в области цифровой трансформации и кибербезопасности, Skeleton Technologies в области передовых систем хранения энергии и GaltTec в области топливных элементов, а также большая группа компаний двойного назначения в сфере программного обеспечения. Выдающейся компанией является Milrem Robotics, чей наземный беспилотный аппарат THeMIS испытан в боевых условиях и эксплуатируется несколькими вооруженными силами.

Что дальше: траектория крутая. Оборонная промышленность Эстонии выросла почти на 350% с 2021 года, с прогнозом экспорта около 518 миллионов долларов на 2025 год, и страна поддерживает это фондом DefenceTech в размере 100 миллионов евро (через SmartCap), нацеленным на увеличение сектора с ~500 млн евро до 2 млрд евро к 2030 году. Milrem переходит от продуктов к платформам и партнерствам — включая сотрудничество 2026 года с польской PGZ по системам автономности и противодействия дронам, а эстонский пайплайн стартапов продолжает приносить плоды: в конце 2025 года две эстонские компании были отобраны для второго этапа программы НАТО DIANA из более чем 2600 претендентов.

Латвия — центр дронов и связи

Уникальное торговое предложение: Латвия стала центром притяжения для европейских дронов. Она основала и возглавляет международную Дронную коалицию, насчитывающую теперь 20 государств-членов — инициативу, которую, по словам самого министерства обороны, превратила Латвию в международный бренд. Ежегодный Рижский Саммит по дронам стал постоянным событием, а его издание 2026 года собрало министров коалиции и представителей отрасли. Немногие государства в Европе — любого размера — владеют европейской оборонной инициативой таким образом.

Текущие сильные стороны (из нашей карты): Латвия фокусируется на связи, автономных системах, языковых и ИИ-технологиях, а также на устойчивости критической инфраструктуры. На карте представлены SPH Engineering в области программного обеспечения для дронов и планирования миссий, SUBMerge Baltic в области подводных автономных аппаратов и Tilde в области машинного перевода и языкового ИИ для балтийских языков — при этом национальные операторы составляют основу слоя критической инфраструктуры. Национальный чемпион LMT находится в центре сцены оборонных технологий. Однако прорывным именем является Origin Robotics. Их перехватчик BLAZE решает одну из самых сложных экономических проблем современной ПВО: дешевые ударные дроны запускаются массово именно для того, чтобы истощить системы ПВО, построенные вокруг ракет, которые стоят на порядки дороже за выстрел, а автономный дрон-перехватчик вновь делает это выгодным для обороняющегося. В феврале 2026 года Латвия, Эстония и Бельгия получили свои первые системы BLAZE — став первыми странами в Европе, получившими полностью автономную возможность перехвата дронов — поставленные в течение нескольких месяцев после заказа, а не в течение лет, как это обычно бывает при оборонных закупках.

Что дальше: Латвия переходит от координатора к строителю. LMT теперь возглавляет VANTAGE, проект Европейского оборонного фонда из шести стран (~11 миллионов евро) по разработке дрона VTOL нового поколения — и 2025 год стал самым успешным годом Латвии в ЕОФ, с увеличением финансирования на 50% по сравнению с 2024 годом. В сентябре 2025 года в стране открылся Центр компетенций в области автономных систем, связывающий оперативные потребности с закупками — орган, ответственный за ввод BLAZE в эксплуатацию, — а LMT четыре года выступает интегратором экспериментов НАТО DiBaX по эксплуатации дронов в сложных условиях. В области испытаний Латвия размещает испытательный центр НАТО DIANA для 5G, ИИ и больших данных, построенный на базе тестовой площадки 5G в Адажском лагере — давая компаниям, базирующимся там, реальное преимущество на родной земле.

Иностранные участники и валидация рынка

Самый явный внешний сигнал о том, что этот рынок воспринимается всерьез, — это то, кто выбирает здесь строить. 15 компаний иностранного происхождения взяты из нашей карты; детали инвестиций ниже взяты из общедоступных источников.

Наша карта охватывает глобальных гигантов и масштабируемые компании, которые уже имеют присутствие в Прибалтике — среди них Rheinmetall, Lockheed Martin, KNDS (Krauss-Maffei Wegmann), Patria, Helsing и EDGE Group. Когда компании такого калибра ставят свой флаг, они подтверждают рынок так, как не может ни один политический документ.

Самый конкретный недавний пример — Rheinmetall в Литве. В ноябре 2025 года компания приступила к строительству завода по производству артиллерийских боеприпасов калибра 155 мм в Байсогале — стоимостью до 300 миллионов евро, ~150 рабочих мест, ввод в эксплуатацию с середины 2026 года, описанный литовскими официальными лицами как крупнейшая инвестиция оборонной промышленности в истории страны. И это не единичный случай: одновременно Литва и Rheinmetall подписали меморандум о взаимопонимании для создания Центра компетенций по производству порохов, решая проблему, которую компания назвала ключевым узким местом в европейских поставках пороха.

Частный капитал следует той же логике. В конце 2024 года Инновационный фонд НАТО совершил свою первую инвестицию в Прибалтике, поддержав вильнюсскую BSV Ventures — фонд является самостоятельным инструментом, поддерживаемым 24 союзниками по НАТО, и рассматривает этот шаг как уверенность в превращении Прибалтики в глобальный центр глубоких технологий и инноваций двойного назначения. Шаблон, последовательный как в государственном, так и в частном финансировании: производители строят здесь производственные мощности, а инвесторы финансируют компании здесь — все они читают одни и те же сигналы о спросе, талантах и политической стабильности.

И партнерства теперь идут как на Восток, так и на Запад. В июне 2026 года Латвия и Украина подписали всеобъемлющее соглашение об оборонном сотрудничестве, сосредоточенное на беспилотниках — охватывающее передачу боевого опыта Украины в области беспилотных систем и ПВО, совместные исследования и разработки, а также возможное совместное производство и локализацию — после соглашения по дронам, которое Украина уже заключила с Литвой. Для компаний на этой карте такие соглашения означают прямой доступ к самому быстро развивающемуся опыту в области ведения войны с использованием дронов в мире — а для партнеров Украины — путь к прибалтийской базе поставщиков.

Прибалтика как платформа оборонных технологий

Легко рассматривать Эстонию, Латвию и Литву как три небольших национальных рынка. Мы бы утверждали, что это неверная единица анализа.

То, что показывает ландшафт, больше похоже на единую региональную платформу: 200 компаний, охватывающих производителей оружия, стартапы двойного назначения, операторов инфраструктуры, поставщиков услуг безопасности, а также фонды и исследовательские институты, которые их связывают — подавляющее большинство местного происхождения, все больше трансграничных, и теперь привлекающих серьезные обязательства от международных гигантов и капитала, поддерживаемого НАТО. Это находится в наиболее предсказуемой среде оборонного спроса в Европе, с доступным софинансированием ЕС и войсками союзников на земле. Эта платформа вот-вот станет еще плотнее: запланированная ЕС «стена дронов» и «Наблюдение за восточным флангом» — впервые предложенные самими прибалтийскими государствами — как ожидается, достигнут начальной оперативной готовности к концу 2026 года, параллельно с укреплениями «Балтийской оборонной линии», которые три страны уже строят. Для компаний в этом ландшафте это многолетний пайплайн спроса, формирующийся у их порога.

Для основателя это означает короткие циклы обратной связи, реальное государственное финансирование и доступных конечных пользователей. Для инвестора — регион, где технологии двойного назначения могут быть протестированы и проверены на соответствие реальным требованиям перед масштабированием. Для иностранной оборонной компании — это надежная, удобно расположенная база внутри НАТО, с возможностью подключения к отечественной цепочке поставок и выходом на более широкий северо- и центральноевропейский рынок.

Экосистема все еще развивается, и мы не будем этого отрицать. Но основы — таланты, спрос, капитал и политическая воля — теперь налицо. Прибалтика не ждет, чтобы стать серьезным регионом оборонных технологий. Судя по этому ландшафту, она им уже является.

Если этот ландшафт — ваш рынок, мы хотим услышать от вас. Независимо от того, являетесь ли вы основателем, строящим в регионе, инвестором, анализирующим его, или компанией, рассматривающей выход на прибалтийский рынок — свяжитесь с командой Venture Faculty. Изучите полную карту из 200 компаний, оспорьте нашу интерпретацию, и если ваша компания должна быть на карте, но ее там еще нет, сообщите нам. Это живой документ, и следующее издание будет точнее благодаря вашему вкладу.

Авторы: Аналитик Venture Faculty, Томасс Вилкс и основатель Proposal Peak, Эдгар Пога